Вход воспрещен.
Бутон розы.
Последние новости.
Извещение о кончине владельца Ксанаду.
"Храм наслаждений Кубла Хан велел построить в Ксанаду...".
Легендарным стал город Ксанаду,
где Кубла Хан построил дворец удовольствий.
Сегодня не менее легендарный Ксанаду во Флориде -
это крупнейший частный парк в мире.
Здесь, на голом побережье...
Мексиканского залива, была возведена гора.
Сто тысяч деревьев...
и двадцать тысяч тонн мрамора -
вот что такое гора Ксанаду,
а также дворец Ксанаду.
Живопись, рисунки, статуи, драгоценные камни из других дворцов.
Этой богатейшей коллекции,
которую невозможно даже полностью описать,
хватило бы для обустройства...
десяти музеев.
Живой уголок.
Обитатели небес.
Твари морские.
Животные прерий и джунглей.
Всех по паре.
Самый большой зоопарк со времен Ноя.
Подобно фараонам,
владелец Ксанаду построил себе каменную гробницу.
Наряду с пирамидами...
Ксанаду стал самым дорогим памятником, который человек...
возвел самому себе.
В Ксанаду прошли самые пышные и самые странные похороны сорок первого года.
На прошлой неделе...
владелец Ксанаду был предан земле.
Выдающийся деятель нашего века,
американский Кубла Хан...
Чарльз Фостер Кейн.
Фигура Кейна...
привлекала на сорок четыре миллиона читателей больше,
чем громкие имена в заголовках статей.
Он стал величайшим газетным магнатом этого и прочих поколений.
Он начинал в этом скромном обветшалом здании...
умирающей газетенки.
Это потом в империю Кейна...
вошли тридцать семь крупных газет,
два профсоюза и радиостанция.
Это было государство в государстве.
Крупнейшие магазины,
бумажные фабрики,
жилые дома,
заводы,
леса,
океанские лайнеры...
Эту империю...
на протяжении пятидесяти лет
снабжал неиссякаемый источник благоденствия -
богатейший золотой прииск.
О том, как сложилось состояние Кейна, ходят легенды.
Простой хозяйке пансиона Мэри Кейн...
в тысяча восемьсот шестьдесят восьмом году...
постоялец-должник оставил, казалось бы, иссякший рудник:
"Колорадо Лодж".
Пятьдесят семь лет спустя во время слушаний в конгрессе...
Уолтер Тэтчер, финансовый воротила с Уолл Стрит,
много лет подвергавшийся нападкам в газетах Кейна,
вспоминал времена своей юности.
Миссис Кейн выбрала мою фирму...
в качестве попечителя перешедшего к ней состояния.
Она пожелала, чтобы я взял на себя заботу о юном Чарльзе Фостере Кейне.
Не в связи с этим ли...
тот самый Чарльз Фостер Кейн набросился на вас с кулаками,
предварительно ударив санками в живот?
Я намерен только зачитать заявление,
которое принес с собой,
и не стану отвечать на другие на вопросы.
Учитывая общественные принципы,
которые исповедует мистер Чарльз Фостер Кейн,
и его опасные нападки на американские традиции,
связанные с частной собственностью и деловой инициативой,
следует сделать вывод, что он является коммунистом.
Тогда же в Юньон Сквер.
Чарльз Фостер Кейн...
представляет угрозу для каждого трудящегося страны.
Поскольку он всегда был...
и останется...
фашистом.
И еще одно мнение.
"Я всегда был, есть и буду только американцем. Чарльз Фостер Кейн."
Годы его деятельности. Многие из них - годы славы.
Кейн подтолкнул страну к вступлению в одну войну...
и противился участию в другой.
Он помог избранию...
по крайней мере одного президента.
Его любили миллионы американцев.
И столько же ненавидели.
За сорок лет не было ни одного события,
которое обошли бы вниманием газеты Кейна.
И ни одного политика,
которого Кейн бы...
не поддержал или не развенчал.
Часто за поддержкой...
шло разоблачение.
На редкость открытая частная жизнь.
Два брака,
два развода.
Племянница президента...
Эмили Нортон, бросившая его в шестнадцатом году.
В восемнадцатом погибла с сыном в автокатастрофе.
Через шестнадцать лет после первой свадьбы...
и через две недели после развода...
Кейн женится на Сьюзен Александр,
певице из "Таун Холл" в Трентоне, Нью-Джерси.
Для второй жены,
оперной певицы Сьюзен Александр...
Кейн построил муниципальную оперу Чикаго.
Цена: три миллиона долларов.
Для нее проектировался...
и до развода был наполовину построен...
неоконченный комплекс Ксанаду.
Цена...
никому не известна.
В политике - шафер, но не новобрачный.
Кейн, умея управлять общественным мнением,
за всю жизнь ни разу не занимал выборные должности.
Хотя его газеты имели вес...
и могли обеспечить ему победу.
В шестнадцатом году, будучи независимым кандидатом в губернаторы,
пользуясь поддержкой лучших сил страны...
и осознавая возможность продолжения карьеры...
в Белом доме,
вдруг почти накануне выборов...
он терпит провал.
Стыд. Позор.
Это на двадцать лет отодвинуло реформы в США...
и лишило Кейна шансов на политическую карьеру.
Затем, в первый год великой депрессии,
газета Кейна закрывается.
За четыре коротких года...
всё рушится.
Одиннадцать изданий проданы,
некоторые...
закрыты.
Но Америка читает газеты Кейна. Он сам - живая новость.
Всё верно?
Нельзя верить радио.
Читайте "Инквайрер".
Как развивается бизнес в Европе?
Как развивается бизнес в Европе, мистер Боунс?
Весьма непросто.
Вы рады, что вернулись?
Как же иначе? Ведь я - американец.
И всегда им был. Что еще?
Когда я был репортером, я соображал быстрее.
Какова вероятность войны в Европе?
Я говорил с ответственными лицами в Англии, Франции, Германии, Италии.
Им хватит ума не начинать то, что уничтожит цивилизацию.
Поверьте мне,
войны не будет.
Кейн помог изменить мир,
но потом его мир ушел в прошлое,
как ушел в прошлое и сам скандальный издатель.
Он больше не творил историю.
Он жил один в своем незавершенном...
и ветшающем дворце.
Редко принимал гостей, не фотографировался.
Но он по-прежнему правил своей угасающей империей.
Тщетны были его попытки...
вновь взять в свои руки судьбу нации,
которая больше его не слушала и не верила ему.
На прошлой неделе,
подобно всем смертным,
скончался Чарльз Фостер Кейн.
Последние новости.
Семьдесят лет жизни.
В один ролик это не вместить.
Он неплохой, но тут нужен ход.
Нам сообщили, что Чарльз Фостер Кейн умер.
Но это известно из газет.
Недостаточно рассказать, что человек сделал.
Надо сказать, кем он был.
Да. Точно. Какими были его последние слова? Помните?
Возможно, он что-то сказал о себе?
Не обязательно.
Нам показали великого американца.
Но чем он отличался от Форда или Джона Доу?
Его последние слова...
Какие?
Перед смертью Чарльз Фостер Кейн сказал:
бутон розы.
Бутон розы. И всё.
Что это за роза?
Этот человек мог стать президентом.
Его любили и ненавидели, обсуждали, как многих других.
Но перед смертью он произнес только "бутон розы". Что это?
Скаковая лошадь.
Возможно. Но какой масти?
Томпсон. Выясните это за неделю.
Сразу после смерти?
Почему нет?
Найдите всех, кто его знал.
Хорошо знал. Его управляющий...
Бернштейн.
И вторая жена. Она жива.
У нее клуб в Атлантик-сити.
Свяжитесь со всеми,
с кем он когда-либо работал,
кто его любил...
или яростно ненавидел.
Телефонная книга здесь не поможет.
Я займусь, мистер Роулстон.
Хорошо. Роза,
живая или мертвая.
Возможно, всё очень просто.
Мисс Александр. К вам пришел мистер Томпсон.
Налей еще, Джон.
Сейчас.
- Что-нибудь желаете? - Виски с содовой.
Кто разрешил вам сесть?
- Я хотел с вами поговорить. - Хотеть не вредно.
Оставьте меня в покое.
У меня свои дела, у вас - свои.
Позвольте только спросить, мисс Александр...
Убирайтесь.
Вон!
Простите.
Джино. Еще виски.
Она не хочет ни с кем разговаривать.
Двойное?
Алло. Нью-Йорк Сити.
Кортленд семь-девять-девять-семь-ноль. Звонок из Атлантик Сити.
Да. Эй.
Да. Сейчас отключится. До смерти мистера Кейна она говорила о нем...
охотнее.
Мистер Роулстон? Она не заговорит.
Вторая миссис Кейн. Она не скажет о Розе.
Я в Атлантик Сити.
Завтра еду в Филадельфию, в библиотеку за дневником Тэтчера.
Меня там ждут. Потом встречусь в Нью-Йорке с его директором,
Бернштейном. И сразу вернусь.
Повидаюсь со всеми, кто еще жив.
До свидания.
Джон, мне нужна помощь. Говоря о мистере Кейне,
она не упоминала бутон розы?
Спасибо вам, мистер Томпсон.
Вообще-то...
когда об этом писали все газеты, я спросил ее.
Она не знает.
Дирекция мемориальной библиотеки Тэтчера...
попросила напомнить вам об условиях,
при которых вы можете ознакомиться...
с некоторыми неопубликованными материалами.
Я впускаю его...
Ни при каких обстоятельствах вы не должны цитировать документы.
Пойдемте.
Мистер Томпсон, вы должны будете покинуть помещение в четыре-тридцать.
Вам придется ограничиться только фрагментом...
о мистере Кейне.
Другого мне не нужно.
Страницы восемьдесят три -
сто сорок два.
"Впервые я встретил мистера Кейна в 1871 году".
Ребята, давайте сюда.
Осторожно, Чарльз.
Завяжи шарф потуже.
Миссис Кейн, надо ему сказать...
Да. Я подпишу бумаги, мистер Тэтчер.
Не забывайте, что я - его отец.
Всё будет так, как договорились, мистер Тэтчер.
Чем плохо в Колорадо?
Отчего не растить сына здесь?
Тем более, что есть деньги. Я могу подать в суд.
Отец имеет право. Постоялец смылся,
оставив нам бумажки. Это, между прочим,
и моя собственность. Имейте в виду, если бы Фред Грейвз...
знал, что так получится, он выписал бы сертификат...
- на два имени. - Там стоит имя миссис Кейн.
Он должен был нам обоим.
"Решение банка..."
Я не собираюсь отдавать своего сына банку.
"Решение банка по вопросам образования и места жительства...
является окончательным".
Тоже мне, ангелы-хранители.
Мы берем на себя управление рудником в Колорадо,
единственной владелицей которого является миссис Кейн.
- Где надо подписать? - Здесь.
Мэри, в последний раз прошу.
Разве я был плохим мужем и отцом?
Пятьдесят тысяч в год будет выплачиваться вам с мистером Кейном,
пока вы оба живы,
а затем - тому, кто остался.
- Надеюсь, это к лучшему. - Именно.
Всё равно не пойму, почему мне нельзя воспитывать сына.
Мистер Тэтчер.
Основной капитал, а также прибыль...
будут переданы банком в управление мистеру Чарльзу Фостеру Кейну...
по достижении им двадцатипятилетия.
С этого момента...
он станет единоличным владельцем.
Чарльз. Прошу, мистер Тэтчер.
Уже почти пять часов.
Поговорить с мальчиком?
Sеinе Sасhеn sind sсhоn gерасkt.
Его вещи собраны еще неделю назад.
Гувернер будет встречать нас в Чикаго.
Иди сюда.
Ого, вот это снеговик. Ты сам его сделал?
Может, сделать зубы и усы?
Это мистер Тэтчер, Чарльз.
Здравствуйте.
Мистер Тэтчер заберет тебя в путешествие.
- Поезд номер десять. - Тот, который всегда в огнях.
Ты поедешь с нами?
Мама пока останется, Чарльз...
Куда я еду?
Ты увидишь Чикаго, Нью-Йорк,
а может, и Вашингтон. Да, мистер Тэтчер?
Всё верно.
Я в детстве не мечтал о такой поездке.
- Почему ты с нами не едешь? - Кто-то должен быть здесь.
Ты пока поживешь с мистером Тэтчером.
Ты станешь богатым.
Мы с мамой решили,
что будет лучше, если ты вырастешь не здесь.
Когда-нибудь ты станешь богаче всех.
Ты не будешь скучать.
Конечно, нет. Мы будем отлично проводить время. Дай руку.
Ну-ну, ты что, меня боишься?
Дай-ка руку.
Чарльз.
Мне больно.
Санки нужны, чтобы играть, а не бить людей.
- Ты это серьезно? - Да.
Потому он и уедет подальше от тебя.
Ну, Чарльз, с Рождеством.
С Рождеством.
И с новым годом.
Заодно хочу напомнить, что скоро тебе исполнится двадцать пять лет,
так что ты обретешь независимость от фирмы "Тэтчер и компаньоны"...
и возьмешь на себя полную ответственность за одно из шести...
- крупнейших состояний мира". Есть? - "Одно из шести состояний".
Да. "Чарльз, вряд ли ты понимаешь, насколько значительно твое положение.
Поэтому предлагаю твоему вниманию...
подробную опись твоего имущества".
- "Мистер Тэтчер"... - От мистера Кейна.
"Простите, но мне не нужны золотые шахты, нефть и корабли"...
Не нужны?
"Меня интересует только нью-йоркский "Инквайрер",
небольшая газета, доставшаяся нам в качестве компенсации.
Не продавайте ее.
Полагаю, что издавать газету будет интересно".
"Полагаю, что издавать газету будет интересно".
"Трэкшен Траст"
выставлен на торги".
"Трэкшен Траст" обескровлен.
"Инквайрер" разгромил "Трэкшен Траст".
"Домовладельцы не убирают трущобы".
"Мошенничество на Уолл Стрит".
"Мошенники осуждены".
"Испанские галеоны, вон из Джерси".
Ты сам додумался, как надо делать газету?
Я не знаю, как делать газету. Просто пробую всё подряд.
Судя по всему, у тебя неплохо получается. "Армада ушла".
- Мистер Бернштейн. - Мистер Кейн.
Не так ли?
Мистер Бернштейн, это мистер Тэтчер.
Он мой бывший попечитель.
У нас нет секретов от читателей, а мистер Тэтчер -
самый постоянный из них. Обо всех плохих новостях он узнает из "Инквайрера".
"Девушки на Кубе хороши. Точка. Я мог бы прислать поэму,
но не хочу тратить ваши деньги. Точка. Войны на Кубе нет".
Подпись: Уилер. Ответить?
Да. "Дорогой Уилер, сочиняйте поэму,
а я обеспечу войну".
Здорово, мистер Кейн.
Мне и самому понравилось.
Я хочу обсудить кампанию, развязанную вами против "Паблик Трэнзит".
Вы можете подсказать нам козырь?
Ты всё еще школьник.
Меня выгоняли из всех школ подряд. Вы забыли? Я помню.
Чарльз, ты успел забыть еще кое-что.
Ты сам - один из ведущих держателей акций "Паблик Трэнзит Компани".
Вы говорите о двух разных людях.
Есть Чарльз Фостер Кейн,
у которого восемьдесят две тысячи триста шестьдесят четыре акции...
"Паблик Трэнзит Компани".
И он с вами солидарен. Кейн - негодяй, и его газетенку пора закрыть.
Надо создать специальный комитет. Хотите в него вступить?
Взнос - тысяча долларов. Но я также - издатель "Инквайрера".
И хочу открыть вам небольшой секрет: мне это нравится.
Мои работники противостоят шайке пиратов,
которые готовы ограбить их лишь потому,
что их некому...
защитить.
Открою еще один секрет, мистер Тэтчер.
Я возьму на себя эту роль.
У меня достаточно денег.
Если я не позабочусь о неимущих, это сделают другие.
Возможно, не столь обеспеченные.
Да, да. Я видел твои финансовые отчеты, Чарльз.
Вот как?
Скажи мне откровенно,
тебе не кажется, что эта филантропия неразумна?
Газета съедает около миллиона в год.
Да, мистер Тэтчер.
Я потерял миллион в прошлом году, потеряю в этом...
и предполагаю потерять через год.
Если тратить по миллиону в год,
до закрытия останется...
шестьдесят лет.
"Зима тысяча девятьсот двадцать девятого года".
"Что касается перечисленных изданий, вышеназванный Чарльз Фостер Кейн...
отказывается от контроля как на ними,
так и над соответствующими профсоюзами...
и любыми другими газетами...
и прочими печатными изданиями независимо от их жанра,
и соглашается...
- не иметь притязаний..." - То есть, мы банкроты.
Точнее, у нас нет активов.
Ясно, мистер Бернштейн. Мистер Тэтчер, я подпишу это - и по домам.
Ты слишком взрослый, чтобы говорить мне "мистер Тэтчер".
А вы всегда были слишком взрослым для других имен.
"В то же время...
фирма "Тэтчер и компаньоны" соглашается...
выплачивать Чарльзу Фостеру Кейну пожизненное..."
Пособие.
Кроме того, в газетах...
за тобой останется значительная доля влияния.
Доля влияния...
Мы будем с тобой советоваться.
Депрессия кончится.
Ты еще успеешь умереть более богатым, чем был я.
И всяко богаче, чем я родился.
Мы не теряли больше, чем зарабатывали.
Да, но ваши методы...
Ты ни разу...
не делал инвестиций.
Ты всегда использовал деньги...
На приобретения.
Покупал вещи.
Маме следовало выбрать менее надежного банкира.
Я смеялся над тем, что родился в сорочке.
Мистер Бернштейн,
если бы не богатство,
я стал бы прекрасным человеком.
А сейчас - нет?
Это слишком зависит от обстоятельств.
Что же тебе нравится?
То, что вам ненавистно.
Простите, сэр. Вы что-то сказали?
Четыре - тридцать. Верно, Дженнингс?
Вам предоставили редкую возможность. Вы нашли, что искали?
Нет.
Вы ведь не бутон розы?
Что?
А ваше имя Дженнингс.
До свидания. Спасибо за прием.
Кто занят?
Я? Я председатель правления, у меня масса времени.
Что вы хотите?
Мистер Бернштейн, объясните, что означали...
его последние слова?
Бутон розы?
Возможно, девушка.
В молодости у него было много подруг.
Вряд ли мистер Кейн вспомнил имя случайной знакомой...
спустя пятьдесят лет.
Вы еще молоды, мистер...
мистер Томпсон. Мы запоминаем много неожиданных вещей.
Вот я...
В восемьсот девяносто шестом году я направлялся на пароме в Джерси.
Когда мы отшвартовались, другой паром стал причаливать.
Какая-то девушка готовилась сойти на берег.
Она была в белом платье...
с белым зонтиком.
Я видел ее всего миг.
Она меня не видела.
Но я целый месяц не мог избавиться...
от мыслей о ней.
С кем вы еще встречались?
- Я ездил в Атлантик Сити. - К Сьюзи?
Спасибо. Я сам позвонил ей, когда он умер.
Кто-то должен был это сделать.
Она не смогла подойти.
Я навещу ее еще раз.
Вернемся к бутону розы.
Расскажите обо всем, что помните о мистере Кейне.
Вы были с ним...
с самого начала.
Даже раньше, юноша. И сейчас, после смерти.
Вы видели кого-нибудь, кроме Сьюзи?
Больше никого.
Но я листал дневник Уолтера Тэтчера.
Ерунда. Большего безумца я не встречал.
- Он сделал много денег. - Сделать деньги несложно,
если это всё, что тебе нужно.
Зато мистеру Кейну...
нужны были не деньги.
Тэтчер...
его не понимал.
Порой и мне было сложно.
Вам нужно посетить...
мистера Лиленда. Они с мистером Кейном...
- дружили еще со школы. - В Гарварде?
Гарвард, Йель, Принстон, Корнелл, Швейцария.
Откуда его ни выгоняли!
Мистер Лиленд всегда был нищим.
Он из тех, чья семья владеет десятью миллионами,
а потом отец стреляется и оставляет одни долги.
Мы оказались втроем в тот день,
когда мистер Кейн пришел в "Инквайрер".
Смотри, Джедедайя.
Скоро здесь всё изменится.
Здесь комнаты не сдают. Это здание газеты.
Вам платят за рассуждения или за доставку?
- Джедедайя. - После вас, мистер Кейн.
Простите, я...
Просим, мистер Кейн.
Просим. Добро пожаловать в "Инквайрер". Я Герберт Картер,
- главный редактор. - Спасибо, мистер Картер.
Это мистер Лиленд.
Он - наш литературный редактор. Я правильно сказал, Джедедайя?
Все встали...
- из-за меня? - Из-за вас? Мистер Кейн,
это в знак приветствия.
- Я решил, что вам будет приятно. - Попросите их сесть.
Как новый издатель... Можете продолжать работу, господа.
Я не знал ваших планов.
Я и сам их не знаю.
В самом деле?
Я планировал только выпускать газету.
Мистер Бернштейн?
Мистер Картер, это мистер Бернштейн, мой управляющий.
Здравствуйте.
Мое...
частное убежище в вашем распоряжении. Но я не понимаю.
Мистер Картер,
я собираюсь прожить в вашем кабинете,
сколько придется.
- Здесь? - Мистер Картер. Простите.
Но газета входит по утрам,
и полдня здесь практически всё закрыто.
Простите.
Именно это я намерен изменить в первую очередь.
События происходят круглые сутки.
Да, мистер Картер.
- Это невозможно. - Нарисовал. Я плохой карикатурист.
Верно. Зато ты хороший редактор, Лиленд.
- Всё ешь? - Не могу наесться.
Вот передовица "Кроникл"...
о пропавшей в Бруклине миссис Сильверстоун.
Возможно, она убита.
- Почему об этом не пишет "Инквайрер"? - Наша газета...
Джозеф, я умираю с голоду.
И вот еще, мистер Картер.
В "Кроникл" заголовки шириной в три колонки.
Почему в "Инквайрере" они мелкие?
Новости мелкие.
Мистер Картер, крупный заголовок - крупная новость.
- Это точно. - Убийство миссис Сильверстоун...
Убийство и даже смерть не доказаны.
Она пропала, соседи беспокоятся.
Распространять слухи - не наше амплуа.
Будь мы в этом заинтересованы, мы выходили бы дважды в день.
Мистер Картер, отныне это становится нашей задачей.
Отправьте лучшего репортера к мистеру Сильверстоуну.
Пусть скажет ему, что если он не освободит жену,
"Инквайрер" обеспечит ему арест. Может представиться следователем...
Центрального бюро.
Если мистер Сильверстоун что-нибудь заподозрит...
и попросит документы,
надо возмутиться и назвать его анархистом.
Громко, чтобы соседи слышали.
Я не могу допустить,
чтобы уважаемая газета...
Большое спасибо, мистер Картер. До свидания.
Мы будем на улицах через десять минут.
С опозданием на четыре часа, но ничего.
Устали?
Неудачный день.
Неудачный? Вы переделывали газету всего четыре раза.
Я почти не притронулся к передовице, мистер Бернштейн.
Надо что-то делать с фотографиями и печатью.
"Инквайрер" должен стать для Нью-Йорка...
важнее, чем газ и свет.
Как ты это сделаешь?
"Декларация принципов".
Не смейся, Джедедайя.
Я здесь всё написал.
Вы собираетесь давать невыполнимые обещания?
Мы их выполним.
"Я обеспечу жителям города...
ежедневную газету, открыто рассказывающую о новостях.
- Я также стану..." - Две фразы начинаются с "я".
Людям нужно знать, кто ответственен.
И нужна правда - быстрая и не заумная,
за которой не скрыто никаких "особых интересов".
"Я также стану неустанным защитником их гражданских...
и человеческих прав".
Подпись: Чарльз Фостер Кейн.
Дашь мне?
Я это напечатаю. Солли!
Это поместить в издательскую колонку на передовице.
В утренний выпуск?
Да, Солли. Придется внести очередные поправки.
Предупредите всех.
Солли. Когда закончите,
верните черновик.
Я бы хотел сохранить этот листок бумаги.
Чувствую,
он повлечет большие последствия.
Документ...
О, да.
Сравнимый с Декларацией независимости,
Конституцией и моим первым школьным сочинением.
Знаю, что вы устали,
но я собрал вас не случайно. Думаю, нам полезно прогуляться.
"Кроникл" - хорошая газета.
У нее правильные принципы, а отсюда - тираж.
Четыреста девяносто пять тысяч. Но мистер Кейн,
на них работают лучшие репортеры. С ними такой тираж сделать нетрудно.
Знаете, сколько времени ушло на то, чтобы их собрать?
Двадцать лет.
Двадцать лет? Что ж... Шесть лет назад...
я увидел снимок лучших газетчиков мира.
Я смотрел на него, как ребенок на конфету.
И вот теперь, наконец, я ее получил.
Господа, читайте "Инквайрер".
Сделайте копию и отправьте в "Кроникл".
Могу вас обрадовать. Сегодня у нас самый большой в Нью-Йорке тираж-
шестьсот восемьдесят четыре тысячи.
Шестьсот восемьдесят четыре тысячи сто тридцать два.
Да.
Прошу меня извинить за то, что вынужден попрощаться.
На той неделе я еду за границу.
Я дал доктору слово время от времени отдыхать.
Хотя вряд ли его сдержу.
Кстати, мистер Кейн,
в Европе есть много картин и скульптур,
которые вы еще не купили.
Не удивительно, мистер Бернштейн. Они создавали их две тысячи лет.
А я покупаю только пять.
- Привезете, мистер Кейн? - Да, мистер Бернштейн.
Вы ведь на рассчитываете, что я всегда держу слово?
А теперь, господа,
попрошу вашего внимания.
Мы собираемся объявить войну Испании или нет?
Вот это да. Теперь умереть не жалко.
Я спросил, мы собираемся...
- объявить войну Испании или нет? - "Инквайрер" уже объявил.
Слышу слова расфуфыренного анархиста.
А какой ты? Мистер Бернштейн, взгляните на его галстук.
Песню про Чарли. Мистер Кейн! Про Чарли.
Потратьте немного мелочи - споют и про вас.
Мистер Кейн!
"Есть человек...
к нему всегда спешит любой, коль у него случилась вдруг беда.
Кто он такой?
Тот, кто легко сумел до славы и до звезд достать одной рукой.
Он любит смех,
Его успех...
И все богатства на земле заботят меньше всех.
И беден он или богат -
Не важно,
он для нас всё так же будет друг и брат.
Как его звать?
Как величать?
Извольте Чарли Кейна дружно здесь сейчас встречать.
Вот это веселье.
Что с вами?
Бернштейн, все эти люди перешли в "Инквайрер" из "Кроникл".
Бернштейн, все эти люди из "Кроникл"...
Ведь они были так же преданы "Кроникл",
как сейчас "Инквайреру"?
Конечно. Люди везде одинаковы.
Они делают свою работу.
Только некоторые оказываются лучшими.
А у нас такие же принципы, как и у "Кроникл"?
Конечно, нет.
Слушайте, мистер Кейн через неделю настроит всех на свой лад.
Есть вероятность, что это они настроят мистера Кейна.
А он и не заметит.
Мистер Лиленд, телеграмма от мистера Кейна.
Мистер... Мистер Лиленд. Телеграмма от мистера Кейна.
Из Парижа.
Мистер Лиленд... К счастью, он обещал не присылать больше... статуй.
Он хочет купить самый крупный брильянт. Мистер Лиленд, почему вы...
- не поехали с ним в Европу? - Не хотел портить Чарли удовольствие.
Я правда напыщенный индюк?
Лживая, лицемерная змея?
Да еще и вечный зубрила?
Да.
Не ждите от меня суждений, которые не разделяет мистер Кейн.
Так, самый крупный брильянт.
Не знал, что Чарли собирает брильянты.
Нет. Его интересуют те, кому нужны брильянты. По крайне мере, не статуи.
"С возвращением, мистер Кейн".
От четырехсот шестидесяти семи сотрудников "Инквайрера".
Идет!
Я отпустил усы. Кстати, у нас есть...
- редактор светской хроники? - Я здесь.
Мисс Таунсенд, это мистер Чарльз Фостер Кейн.
Мисс Таунсенд, не знаю, как у вас принято.
У меня есть...
небольшое объявление.
Напечатайте его наравне с другими объявлениями.
Мистер Кейн, от лица всех сотрудников "Инквайрера"...
Мистер Бернштейн, спасибо.
Всем спасибо.
Простите. Я сейчас не могу. До свидания.
Он сильно торопился.
Эй, идите сюда. Смотрите.
Что там?
Объявление... "Мистер и миссис Нортон...
объявляют о помолвке своей дочери Эмили...
с мистером Чарльзом Фостером Кейном".
Эмили Монро Нортон,
племянница президента США.
Племянница президента...
может стать женой президента.
Нетрудно догадаться, как развивались события.
Мисс Эмили Нортон - это не бутон розы.
Всё кончилось печально?
Всё кончилось.
Потом была Сьюзи.
И опять всё кончилось.
Я тут подумал, мистер Томпсон...
Бутон розы, о котором вы хотите узнать...
Возможно, это его потеря.
Мистер Кейн терял почти всё, что имел.
Навестите Джеда Лиленда.
Конечно, у них с мистером Кейном был разный взгляд на вещи.
Скажем, на испано-американскую войну.
Пожалуй, мистер Лиленд был прав: это была война мистера Кейна.
Нам не за что было сражаться.
Как вы думаете, если бы не война мистера Кейна,
мы бы получили Панамский канал?
Если бы я знал, где мистер Лиленд.
Мне такие подробности давно не сообщают.
Возможно, он умер.
Если хотите знать,
он в госпитале Хантингтона...
на восемнадцатой улице.
С ним ничего страшного. Просто...
Просто старость.
Это единственная болезнь,
от которой невозможно излечиться.
Я могу вспомнить абсолютно всё.
Это мое проклятье.
Самое страшное наказание, на которое обречен человек, это память.
Я был его наивернейшим другом,
хотя он обращался со мной по-свински.
Чарли не был жестоким, но делал жестокие вещи.
Если он не считал меня другом, то у него не было друзей.
Возможно, я был тем, кого называют приятелем.
Мистер Лиленд, что вы знаете о бутоне розы?
У вас не найдется сигары?
А то мой врач считает, что я бросаю курить.
К сожалению, нет.
Я ухожу от темы. До чего противный старик.
Вы - репортер...
и хотите знать мое мнение о Чарли Кейне.
Ему было свойственно скрытое благородство, но он его не показывал.
Он не растрачивался, ничего не упускал, просто выписывал счет.
У него был живой ум.
Вряд ли кто-то так часто варьировал мнения.
Но верил он...
только в Чарли Кейна.
Эта вера была единственной в его жизни. Умер он в безверье. Это грустно.
Конечно, многие из нас до конца не успевают поверить в смерть.
Но когда знаешь, что живешь, надо во что-то верить.
У вас точно не найдется сигары?
Извините.
Мистер Лиленд, что вам известно о бутоне розы?
Роза?... Какое редкое имя.
Роза. Я читал обэтом в "Инквайрере".
Но я никогда не верил "Инквайреру".
Что-нибудь еще? Могу рассказать об Эмили.
Я учился с ней танцам.
Я хорошо двигался.
Мы говорим о первой миссис Кейн...
Какой она была?
Как все девушки в танцевальной школе.
Приятные. Эмили была лучше других.
Через пару месяцев они с Чарли уже встречались только за завтраком.
Их брак...
не отличался от других.
Ты красивая.
Что ты...
Шесть вечеринок за одну ночь.
- Ты бесподобна. - Вернулись под утро.
- Что подумают слуги? - Что нам было хорошо. Ведь так?
Тебе точно нужно в газету?
Выходить за газетчиков хуже, чем за моряков.
Я тебя обожаю.
Чарльз, даже газетчикам нужно спать.
Попрошу мистера Бернштейна отменить встречу в полдень.
Который час?
Не знаю. Поздно.
Рано.
Чарльз. Знаешь, сколько я ждала тебя вечером,
когда ты ушел в редакцию на десять минут?
Что ты там делаешь среди ночи?
Эмили, дорогая,
газета - твоя единственная соперница.
Лучше иметь соперницу из плоти и крови.
Я провожу там не так много времени.
Речь не об этом.
- Я о твоих нападках на президента. - На дядю Джона?
На президента Соединенных Штатов.
На дядю Джона,
который позволяет горстке мошенников заправлять в администрации.
Взять скандал с нефтью...
Президент - он, а не ты.
Этот недочет будет исправлен.
Мистер Бернштейн прислал вчера малышу...
ужасную вещицу, Чарльз.
Я не могу поместить ее в детской.
Мистеру Бернштейну открыты двери в детскую.
Это необходимо?
Да.
- Но Чарльз, люди подумают... - То, что я им скажу.
Он ее любил?
Женился по любви.
Любовь. Ради нее было всё.
Ради нее он пошел в политику.
Нас ему было мало, он желал любви всех избирателей.
От жизни он хотел только любви.
Но вышло так, что он ее потерял.
Понимаете,
он не умел давать.
Конечно, он любил Чарли Кейна.
Всей душой.
Еще он любил маму.
- А вторую жену? - Сьюзен Александр?
Знаете, как он ее называл?
В тот день, когда он с ней познакомился, он сказал:
"Это срез всего...
американского общества".
Чем-то она его крепко зацепила.
В тот первый вечер, по словам Чарли,
у нее разболелся зуб.
Почему вы смеетесь, леди?
- Объясните, что с вами. - Зуб.
Зуб болит.
Зуб? У вас болит зуб?
Что в этом смешного?
У вас на лице какая-то гадость.
- Не гадость, а грязь. - Хотите умыться?
- Я живу рядом. - Вы о чем, леди?
Я предлагаю вам...
умыться горячей водой.
Хотите?
Что ж, спасибо вам.
Как я выгляжу?
Это лекарство не помогает.
Постарайтесь не думать о боли.
Простите, но моя хозяйка просит не закрывать дверь,
когда приходят джентльмены.
- Ладно. У вас болит зуб, да? - Ужасно.
Посмейтесь надо мной еще.
Я ведь смешной.
Вы хотите, чтобы над вами смеялись?
Я хочу, чтобы прошла боль.
Посмотрите.
Видите?
Что вы делаете?
Пытаюсь шевелить ушами.
Улыбайтесь же.
Я два года учился этому в лучшей школе для мальчиков.
Мне помог нынешний президент Венесуэлы.
Ну вот.
Это жираф?
Нет, не жираф.
Это слон.
Это был петух.
Петух? Вам известно столько фокусов.
- Вы иллюзионист? - Нет, это не так.
- Я пошутила. - Вы меня не знаете?
Вы представились,
мистер Кейн, но я так невежественна.
Хотя кажется, я уже слышала это имя.
Значит, я нравлюсь вам просто так?
Конечно. Вы замечательный.
Да. Без вас я бы не знала, что делать.
Зуб болел... Знакомых у меня мало...
А у меня слишком много.
Мы оба одиноки.
Сказать, куда я шел, пока не испортил свой выходной костюм?
Вряд ли это выходной костюм.
У вас их должно быть много.
Я пошутил.
Я направлялся к складам на Манхэттене...
в поисках моей юности.
Моя мама умерла, давно.
Ее вещи хранились там, их некуда было деть.
Теперь я решил на них взглянуть.
Такой сентиментальный день.
Я выпускаю газеты. А вы?
Я?
- Напомните свой возраст. - Я его не называла.
В этом случае я бы не спрашивал, сколько вам.
- Много. - Сколько?
- Двадцать два в августе. - Много. Чем занимаетесь?
Работаю в "Селигмане".
В музыкальном отделе.
Вы этого хотели?
Нет, я хотела стать певицей.
- Точнее, моя мама хотела... - В чем же дело?
Мама всегда представляла меня...
на оперной сцене.
У меня неподходящий голос,
но мама есть мама.
Да.
У вас есть пианино?
Пианино? Да, в гостиной.
- Споете мне? - Вам не понравится.
Пожалуйста.
- Не говорите, что у вас болит зуб. - Боль прошла.
Хорошо. Пойдемте в гостиную.
Только один человек...
может избавить политиков от тяжелого гнета Джима Геттиса.
Это Чарльз Фостер Кейн,
либерал, друг всех трудящихся...
и следующий губернатор штата, участвующий в этой кампании...
С единственной целью:
привлечь внимание общественности...
к бесчестиям и злодеяниям политических...
марионеток босса...
Джима Геттиса...
под полным контролем правительства.
Я не даю никаких обещаний,
потому что до недавнего времени...
не надеялся быть избранным.
Однако теперь...
у меня всё больше...
надежд.
Зато Джим Геттис постепенно теряет шансы.
Выборочные опросы...
и независимые голосования говорят,
что я буду избран.
Что ж. Значит, я могу позволить себе обещания.
Любой рабочий человек...
и выходец из трущоб знает,
что я защищаю его интересы.
Каждый простой гражданин знает,
что я отдаю все силы,
чтобы защитить бесправных,
неимущих, голодных.
Мама,
- папа уже губернатор? - Еще нет, сынок.
Итак, я дал бы вам много обещаний,
будь у меня время, чтобы их сдержать.
Поэтому пообещаю одно.
И Джим Геттис знает, что я сдержу слово.
Первое, что я сделаю на посту губернатора,
это распоряжусь о проведении расследования,
чтобы предъявить соответствующее обвинение...
и осудить большого босса Джима Геттиса.
Сегодня было бы сто тысяч голосов.
Геттис плетется в хвосте и дрожит от страха.
Он падает, я начинаю подниматься.
Как тебе речь?
Я слышал каждое слово.
Молодец. Эмили.
Момент.
Прекрасная речь, мистер Кейн.
Я отправила малыша с Оливером.
Пока, папа.
Пока, сынок.
Эмили. Почему ты отправила сына и села в такси?
Мы должны нанести один визит.
- Позже. - Нет, сейчас.
Что это значит?
Я еще не знаю. Хочу проверить.
Где это?
Семьдесят четвертая улица, сто восемьдесят пять.
Хочешь, поедем вместе.
Поедем.
Не думал, что у тебя слабость к мелодрамам.
Проходите, мистер Кейн.
Чарли. Он заставил меня написать твоей жене.
Я не хотела. Он мне угрожал.
Миссис Кейн.
Полагаю, вы меня узнали. Я Джим Геттис.
Я попросил мисс Александр послать вам записку.
Она согласилась не сразу.
Он мне такого наговорил.
Геттис, я не стану дожидаться выборов и сверну вам шею сейчас.
Возможно, вы не сможете этого сделать.
Чарльз, драка вряд ли поможет объяснить...
эту записку.
"Мистер Кейн, вы и ваш сын в опасности".
- Я хотела... - Что это значит, мисс?
Я Сьюзен Александр.
- Видите ли... - Что значит эта записка?
Она не знает. Это я предложил ей ее написать.
Этот джентльмен...
Я не джентльмен.
Ваш муж называет меня так ради смеха.
Для меня это пустой звук.
Кто такой джентльмен?
Имея в распоряжении газету,
я бы боролся с политическими противниками всеми средствами,
но не изображал бы их в арестантской робе на первой полосе.
Вы - мошенник.
Сейчас речь о вас.
Я защищаю свою жизнь, а не политическое лицо.
Я решил дать ему шанс. Он бы так не поступил.
Если завтра он не объявит, что болен, и не уедет на пару лет,
в понедельник все газеты напечатают то, что мне известно.
Что именно?
О нем и мисс Александр.
- Это неправда! - Молчать.
Мистер Кейн...
Доказательства немедленно появятся на первых полосах.
Не только в его интересах,
чтобы эта история не получила огласки, но и...
В ваших, миссис Кейн.
А как же я?
Он сказал, что мое имя будет смешано с грязью.
У тебя только один выход, Чарльз.
Другого не дано.
Не говори, что избиратели штата...
Меня волнуют не избиратели,
а наш сын.
- Если это напечатают... - Не бойтесь.
До свидания, мистер Геттис.
Ты идешь, Чарльз?
Нет.
Я остаюсь.
Буду бороться один.
Чарльз, образумься, не то будет поздно.
Поздно?
Вы с этим разбойником...
не успеете...
украсть у меня любовь жителей штата.
Чарли, ты должен подумать о своем сыне.
Чтобы он не прочел о тебе в газетах.
Никто не будет принимать решений, кроме меня.
Ты уже принял решение, Чарльз.
Только что.
Вы делаете большую глупость, мистер Кейн.
Вас не спрашивают.
Вон. Пишите письма из-за решетки.
Другой бы на вашем месте хорошо усвоил урок.
Но вам одного урока явно будет мало.
Проваливайте, Геттис.
За меня...
не волнуйтесь.
Я Чарльз Фостер Кейн,
а не дешевый политик,
который пытается избежать кары...
за свои преступления.
Геттис. Я сошлю тебя к черту на куличики.
Ты понял, Геттис?
Да, спасибо.
Доброй ночи.
- Газету? - Не надо.
Теперь против него миллион голосов,
не говоря о церковных общинах.
Боюсь, выхода нет.
Обман при подсчете.
Это.
Ну, до свидания.
Могу ли я чем-нибудь...?
Не нужно, мистер Бернштейн.
Идите спать.
Вы тоже. Доброй ночи, мистер Кейн.
Я пьян.
Если ты напился,
чтобы поговорить...
о мисс Александр, то напрасно.
Это не интересно.
Я отодвинул светлую перспективу реформ,
верно?
Ладно. В любом случае, люди сделали выбор.
Они предпочитают мне Джима Геттиса.
Ты говоришь о людях,
как о собственности.
Как о своих вещах.
Помнится, раньше ты рассуждал о возвращении им прав,
о подарке в виде свободы,
о награде за помощь.
Я сейчас тоже напьюсь.
Вдруг поможет?
Не поможет.
Ты не напиваешься.
Ты столько написал о трудящихся...
Они теперь говорят об "организации труда".
Ты вряд ли будешь доволен, когда узнаешь,
что трудящиеся хотят получить реальные права,
а не твои подачки.
Чарли, когда твои малоимущие...
соберутся вместе...
речь пойдет не просто о привилегиях.
И что ты сделаешь?
Отправишься на необитаемый остров и станешь королем обезьян?
Не переживай, Джед.
Возможно, кто-то из них подскажет, в чем я ошибся.
Тебе не всегда будет везти.
- Ты правда пьян. - Тебе-то что?
Ты волнуешься только о себе.
Ты убеждаешь людей, что своей любовью...
заслужил их любовь.
Но понимаешь любовь по-своему.
Всё должно быть сыграно по твоим правилам.
Я хочу работать в газете Чикаго.
Что?
Ты говорил, что ищешь литературного ректора...
или редактора.
Я пьян.
Я хочу в Чикаго.
Ты нужен здесь.
Здесь мне нечего делать.
Ладно, поезжай.
Попробую всё же напиться.
Предупреждаю: Чикаго тебе не понравится.
Там ветрено, и они никогда не видели хороших лобстеров.
Можно уехать в субботу?
- Как скажешь. - Спасибо.
Я пью за любовь в моем понимании,
ведь каждый всё мерит по себе.
Кейн...
женится на певичке.
Мистер Кейн, я из "Инквайрера".
Знаменитый "Инквайрер". Спрашивайте.
Вы завязали с политикой?
Завязал ли я?
Я бы сказал - наоборот. Вот оперная дива.
Вы будете петь в "Метрополитен"?
А как же.
Если нет - Чарли построит оперу для меня.
Это не понадобится.
Кейн строит оперу.
Нет, нет, нет и еще раз нет.
- Все по местам. - Мистер Лиленд...
пишет о постановке?
Будет рубрика новостей.
И светская хроника.
- Статья о музыке? - Да, сэр.
Естественно.
Мистер Бернштейн.
Снимки подготовили.
Для первой полосы?
Осталось одно. Критика.
Отзыв о спектакле?
Этим занимается...
мистер Лиленд?
Да, мистер Кейн. Мы ждем.
Где он?
Там, мистер Кейн.
Мистер Кейн.
Мистер Лиленд и мистер Кейн не разговаривают...
несколько лет.
Полагаете...
Он раньше не пил, мистер Кейн.
Никогда.
Мы бы знали.
Что там написано?
В его статье?
"Сьюзен Александр, красивая, но абсолютно бездарная певица,
выступала вчера на открытии новой Чикагской оперы в спектакле..."
Я не могу...
произнести название.
"К счастью, ее пение никого не интересует.
По ее манере совершенно точно...
Продолжайте.
Дальше.
"По ее манере совершенно точно можно сказать одно:
в глазах данного издания...
это новое слово".
Как вам?
"В глазах данного издания".
Я этого не видел.
Дайте мне машинку. Я закончу за мистера Лиленда.
Где моя статья? Я должен ее закончить.
Мистер Кейн решил закончить за вас.
Чарли? Чарли? Он был здесь?
Он всё причешет.
Я знал, что он так не пропустит.
Мистер Кейн заканчивает статью, не меняя начало.
Она будет разгромной,
как вы и хотели.
Я вам покажу.
Привет, Джедедайя.
Привет, Чарли. Мы разговариваем?
Конечно, Джедедайя. Ты уволен.
Об этом все слышали,
но зачем он это сделал?
- Написать такую статью... - Вы не знаете Чарли.
Этим самым он рассчитывал доказать мне, что он порядочный.
Он всегда что-нибудь доказывал.
Например, то, что Сьюзи - оперная певица.
Для него это было важно.
Накануне выборов газеты вышли с заголовками:
"Кандидата Кейна застали... в любовном гнездышке с "певичкой".
Он же хотел сделать из "певички" певицу.
Сестра!
Пять лет назад он написал из того места на юге.
Как его?
Шангри-ла? Эль Дорадо?
Слоппи Джоз? Как оно называется?
Ладно... Ксанаду. Я и сам знаю.
Попались? Видите, я еще не совсем в маразме.
Я ему тогда не ответил.
Может, надо было.
Ему было одиноко в этом Колизее все эти годы.
Он его так и не закончил.
Он вообще ничего не заканчивал, кроме моей статьи.
- Он строил для нее. - Это была любовь?
Не знаю. Он разочаровался в этом мире...
и создал собственный, полную монархию.
Это было посолиднее оперы.
Сестра!
Я готов.
Вы не могли бы оказать мне услугу?
Зайдите в табачную лавку и пришлите мне пару хороших сигар.
Спасибо.
Вы вдвоем?
Когда я был моложе,
сестры казались мне красивыми. Теперь это уже не так.
Я помогу, мистер Лиленд.
Ладно, ладно. Не забудьте про сигары.
Выдайте их за зубную пасту,
иначе дежурные отберут.
Молодой доктор, о котором я вам говорил,
упорно хочет, чтобы я продолжал жить.
Расскажите мне всё,
что можете вспомнить...
о вас с мистером Кейном.
Вы уверены, что хотите услышать то, что пришло мне в голову?
Зря я стала петь для Чарли в день нашей встречи.
После этого я напелась вволю.
Пела учителям за сто баксов в час.
Их гонорар.
- А вам что? - Мне - ничего.
- Кроме уроков музыки. - Он женился на вас.
Он не собирался жениться, но потом о нас написали,
он проиграл выборы,
жена с ним развелась.
Ему нравился мой голос.
Иначе зачем он построил оперу? Я об этом не просила.
Он сам так решил.
Он решал всё.
Но ушла я сама.
Не волнуйтесь.
Прошу.
Сначала. Токатто.
Смотрите, милая миссис Кейн.
Так, хорошо...
Другая...
тональность.
Одни люди могут петь, другие - нет. Это невозможно.
Вам платят не за критику талантов миссис Кейн.
- Вы должны поставить ей голос. - Но...
И всё. Продолжайте урок.
- Мистер Кейн. - Пожалуйста.
Я... стану посмешищем в музыкальных кругах.
- Люди подумают... - Вам не всё равно, что они подумают?
Напомню вам, сеньор Матисте, что это я управляю мнением людей.
Например, через газеты.
У меня несколько изданий здесь...
и в Сан-Франциско.
Милая, сеньор Матисте прислушается к голосу разума.
- Как вас убедить? - Никак.
Продолжай, милая.
Рад, что вы меня поняли.
Нет, нет, нет и еще раз нет.
Ну и что, что он твой друг?
Друзья такого не пишут. Я ждала нападок от других газет.
Но не думала, что "Инквайрер" испортит мне дебют.
- Войдите. - Я открою.
Друг.
Для меня это не дружба.
Впрочем, куда мне до вас.
Я не ходила в элитную школу.
Хватит, Сьюзен.
От мистера Лиленда.
Просил передать лично в руки.
Спасибо.
До свидания.
Это от него? Чарли.
Сходи к врачу, у тебя не все дома.
Ты послал ему письмо об увольнении,
вложив в него чек на двадцать пять тысяч.
Это называется увольнение? Ты ведь послал ему чек на двадцать пять тысяч?
Да.
Я послал ему чек на двадцать пять тысяч.
Что это?
Декларация принципов.
Что?
Что это?
Мусор.
Это очень остроумно.
Но я не позволю тебе острить по поводу моего пения. Хватит.
Я не хотела этим заниматься.
Ты продолжишь петь, Сьюзен.
Я не выставлю себя на посмешище.
Ты боишься выставить себя на посмешище?
А как же я?
Выходит, что я должна петь,
а потом отбиваться?
- Почему ты меня бросаешь? - Я знаю, что делаю, Сьюзен.
Тебе не понять.
Повторять не буду.
Ты продолжишь петь.
Доктора Кори. Сьюзен.
Через пару дней всё будет в порядке.
Как могла миссис Кейн сделать такую глупость?
Доктор Вагнер дал ей слишком большой пузырек.
Она принимала успокоительное, готовясь к новой премьере.
Да, я понимаю.
Вы не против, чтобы я побыл с ней?
Нет, что вы.
Сестра тоже останется.
Доброй ночи.
Чарли. Я не знала, как до тебя достучаться.
Но я не могу продолжать петь.
Не представляешь, каково чувствовать,
что никто тебе не рад.
Их надо победить.
Впрочем, тебе не придется сражаться.
Они проиграли.
Что ты делаешь?
Собираешь мозаику?
Чарли, который час?
Одиннадцать-тридцать.
В Нью-Йорке?
Который час в Нью-Йорке?
Одиннадцать-тридцать.
Вечер?
- Начали печатать "Бульдог". - Да здравствует "Бульдог".
В одиннадцать-тридцать начинаются представления.
Люди идут в ночные клубы.
У нас всё иначе, ведь мы живем во дворце.
Ты всегда хотела жить во дворце.
В этой дыре можно сойти с ума.
Не с кем поговорить,
не с кем посмеяться.
Сорок девять тысяч акров - и одни только статуи.
Мне одиноко.
До вчерашнего дня у нас гостили пятьдесят твоих друзей.
Если ты заглянешь в западное крыло, то возможно, обнаружишь,
что человек пятнадцать остались.
Тебе бы вечно шутить.
Чарли, я хочу в Нью-Йорк.
Я устала быть хозяйкой.
Я хочу развлекаться. Пожалуйста. Чарли, пожалуйста.
Наш дом здесь, Сьюзен.
Я не хочу в Нью-Йорк.
Что ты делаешь?
В одно не могу поверить.
Ты раньше этим не занималась?
Это лучше, чем коллекционировать статуи.
Может, и так.
Но у тебя это становится привычкой.
Просто мне это нравится.
Завтра можно отправиться на пикник.
Завтра отправимся на пикник.
Пригласи всех...
провести ночь в Эверглейдсе.
Пригласи всех.
Прикажи всем, чтобы спали в палатках.
Кто этого захочет,
когда есть комнаты с ванной и всеми удобствами?
Я просто хотел поехать на пикник.
Ты не можешь дать мне того, чего я действительно хочу.
Ты даешь мне только то, что для тебя не важно.
Ты в палатке, милая, а не дома.
Я слышу тебя, даже если ты говоришь нормальным голосом.
В чем разница, когда ты даришь мне браслет...
или выбрасываешь сто тысяч за статую,
на которую даже смотреть не будешь?
Деньги ничего не значат.
Ты никогда не дарил мне того, что тебе действительно дорого.
Сьюзен, прекрати.
- И не подумаю. - Живо.
Ты ни разу ничего мне не подарил.
Ты покупал вещи себе, а заодно и мне.
Я всё делаю из любви к тебе.
Ты меня не любишь.
Ты хочешь получать любовь.
Ну да.
Я - Чарльз Фостер Кейн.
Проси, что хочешь, и это будет твоим.
Только люби меня.
Не проси прощения.
Я не попрошу.
Мистер Кейн, вас хочет видеть миссис Кейн.
Мэри сегодня собрала ее вещи.
Скажи Арнольду, что я готова.
Пусть берет чемоданы.
Да, мэм.
Ты сошла с ума. Ты понимаешь, что об этом узнают все наши гости?
Собралась, вызвала машину.
Бросила тебя? Конечно, узнают.
Но прощаюсь я только с тобой.
Хотя слухи разлетаются быстро.
Я тебя не отпущу.
Прощай, Чарли.
Сьюзен. Не уходи. Пожалуйста.
Прошу тебя.
Отныне всё будет так,
как хочешь ты.
А не так, как я понимаю твои желания.
Не надо ехать.
Не надо так со мной.
Ясно. Не хочешь быть пострадавшим.
Я ни при чем. Мои чувства не в счет.
Я не могу тебя бросить?
Еще как могу.
Я потеряла все деньги, а их было много.
- Последние годы для всех тяжелые. - Мне не было тяжело.
Просто я всё потеряла.
Вы поедете в Ксанаду?
В понедельник, с другими коллегами.
Мистер Роулстон хочет всё снять.
Мы готовим киножурнал.
Вы неглупый, договоритесь с Раймондом. Он дворецкий.
Многое знает.
Куда больше других.
Признаться, мне немного жаль мистера Кейна.
А мне нет?
Оказывается, уже утро.
Расскажите мне как-нибудь о своей жизни.
Бутон розы? Я вам всё расскажу.
Сколько заплатите?
Тысячу долларов?
Я расскажу, мистер Томпсон.
Иногда он совершал чудачества.
Я не знал.
Разные безумные выходки.
Я работал у него одиннадцать лет, следил здесь за всем,
так что знаю.
Бутон розы...
Я уже сказал, что старик порой совершал чудачества.
- А я за ним присматривал. - С ним было трудно?
Да. Но я справлялся.
Как после ухода жены.
Бутон розы.
Это всё,
что вы знаете?
Да. Он повторил это еще раз.
Произнес: "Бутон розы".
Уронил шар, и он разбился об пол.
Больше он ничего не сказал, и я понял, что он мертв.
Он говорил много незначащих вещей.
Вы не сентиментальны?
- И да, и нет. - Это не стоит тысячу.
Можете задавать мне еще вопросы.
Мы сегодня уедем.
Только закончим съемку.
Время еще есть. Поезд останавливается по сигналу,
хотя ждать теперь не любит.
Хотя раньше мог ждать весь день.
При мистере Кейне.
Эй, можно спускаться?
Сколько, по-вашему, это стоит, мистер Томпсон?
Миллионы.
Разве это плохо?
Нет. Он привез всё это в Америку.
- Что это? - Венера.
Двадцать пять тысяч долларов. Немало за даму без головы.
Банки кусают локти.
Возможно.
- Всё это увезут. - Он ничего не выбрасывал?
"С возвращением, мистер Кейн"
От четырехсот шестидесяти семи сотрудников "Инквайрера".
Плита из квартиры Мэри Кейн в Колорадо.
Цена: два доллара.
Сколько всякого хлама здесь хранилось.
Он многое собирал.
Да, всё подряд.
Как ворона.
- Какая-то головоломка. - Здесь таких много.
Включая испанские плафоны в холле.
И не только.
Нераспечатанные экспонаты из шотландских замков.
Если сложить это вместе - ковры,
картины, безделушки.
Как это назвать?
- Чарльз Фостер Кейн? - Или бутон розы?
Да, Джери?
- Бутон розы? - Он сказал это, когда умер.
Вам известно, что это значит?
- Нет. - Тогда что вам известно?
Не многое.
Займемся делом.
Что вы делали до сих пор?
Собирали головоломки?
Узнать бы, что это за роза. Многое бы объяснилось.
Сомневаюсь. Нет.
Он получал всё, что хотел, но затем терял.
Возможно, бутон розы он тоже не смог удержать.
Это ничего бы не объяснило.
Слово не может объяснить целую жизнь.
Скорее, бутон розы - это фрагмент головоломки.
Недостающий.
Ну, пойдемте.
Пропустим поезд.